ППРК-Сервис
ППРК-Сервис
Бетон: сложный путь к Европе

Бетон: сложный путь к Европе

 

 

27 марта редакция журнала «СТО Строительство Технологии Организация» провела круглый стол на тему «Тенденции развития рынка современных бетонов».

В основном участники обсуждали проблемы качества цемента и бетона в России, а также несоответствие отдельных норм нового национального стандарта на бетон требованиям российского рынка.

Сергей Коноплев, доцент кафедры строительных материалов и технологий СПб ГАСУ:

— Сегодня в бетонной отрасли происходит смена стандартов. НИИЖБ разработал и продолжает разрабатывать новые, близкие к европейским, нормы. Однако в новых стандартах имеется много противоречий. Так, вы знаете, что уже третий год действует ГОСТ Р 53231-2008 «Бетон. Правила контроля и оценки прочности», который все уже устали ругать.

       Конечно, определенные изменения в нем нашли место, но многие принципиальные вопросы в отношении контроля прочности бетонов так до сих пор и не разрешены. В стандарте даже текст настолько неудобоварим, что до сих пор проводят множество семинаров на тему «а что ж там написано, и как же это исполнить?». Принимать в связи с новыми нормами какие-то решения, стараясь при этом соблюсти не только закон, но и здравый материаловедческий и метрологический смысл — практически невозможно.

       Совсем недавно в некоторых странах СНГ вступил в силу ГОСТ 18105-2010 года, а с 1 сентября его хотят внедрить и в России.

       В нем строителям, которые возводят монолитные конструкции, НИИЖБ предлагает в качестве основного способа контроля прочности бетона неразрушающий метод. Правда, пока еще остается возможность контроля прочности по образцам, но такой контроль назначается «в исключительных случаях, при невозможности обеспечения неразрушающего контроля». Кому-кому, но именно НИИЖБу лучше всех известны ограничения неразрушающих методов и проблемы обеспечения достоверности результатов таких испытаний. Но до 1 сентября мы должны жить по действующему национальному стандарту, в котором «ляпов» очень много, и это неоднократно отмечалось. Тем не менее, положительная реакция НИИЖБа на замечания отраслевиков практически отсутствует. Если вся бетонная общественность не проявит свою заинтересованность в том, чтобы новые стандарты проходили настоящее общественное обсуждение, то мы и в перспективе будем иметь нормы, которые невозможно будет выполнять.

       С 1 января этого года вступил в силу ГОСТ 7473-2010 на бетонные смеси, согласно которому, вроде бы, обозначена гармонизация с нормами евростандарта. Добавлена, например, классификация по расплыву, есть классификация по коэффициенту уплотнения. В отношении последней, в частности, указано, что метод определения коэффициента уплотнения должен определяться по евростандарту. Но по закону о техническом регулировании иностранный стандарт начинает действовать на территории нашей страны только в том случае, если он внесен Росстандартом в федеральный информационный фонд технических регламентов и стандартов. Пока бетонные евростандарты туда не внесены, в том числе и тот, на который ссылается ГОСТ 7473. И отечественной методики, гармонизированной с европейской, пока нет. И как же определять коэффициент уплотнения законным образом?

       Еще целый ряд несоответствий в ГОСТ 7473 связан с вопросами налаживания взаимоотношений между производителем и потребителем. В частности, в нем обозначаются следующие моменты времени отбора проб при входном контроле бетонной смеси на объекте. С одной стороны, и в 11-м разделе (п.11.1) четко прописано, что гарантию качества смеси производитель дает на момент ее поставки. Логично было бы и отбирать пробы смеси для контроля в момент поставки. Но в другом месте стандарта — в тексте бланка документа о качестве (приложение Б) — производитель должен гарантировать значения показателей смеси не в момент поставки, а «у места укладки»?! В третьем месте стандарта предписывается (см. п.7.1), что при производственном контроле качест-ва отбор проб осуществляется по ГОСТ 10181, в котором написано, что отбор проб осуществляется все-таки «у места укладки». Но в четвертом месте стандарта (п.6.4) указано, что отбор проб берется не позднее, чем через 20 минут после «доставки» смеси на объект. И как поступать строителям, чтобы одновременно выполнить здравый смысл и нормы стандарта: осуществлять отбор проб смеси при входном контроле в момент «доставки» (не позднее чем через 20 минут), в момент «поставки» или в момент «у места укладки»? НИИЖБ это не уточняет. Таким образом, текст стандарта заложил мину замедленного действия во взаимоотношения между производителем и потребителем, увеличив риск возникновения претензий сторон друг к другу. Очевидно, что профессиональная юридическая экспертиза такого текста не проводилась.

       Выйти из ситуации можно двумя способами. Первый: надо направлять соответствующие замечания в Росстандарт, а также в технический комитет ТК 465 по техническому регулированию, где эти бетонные стандарты проходят экспертизу, и собственно, в НИИЖБ, и требовать изменения несоответствующих норм и приведения их к здравому смыслу. И второй способ — развивать договорные отношения между участниками рынка: надо конкретно договариваться о том, что есть момент поставки, что — момент доставки, в какой момент потребитель будет осуществлять входной контроль, чтобы изготовитель бетонной смеси соглашался признавать результаты испытаний, проведенных потребителем.

       Намечается еще целый ряд изменений в ГОСТах по бетону.

       Основным разработчиком этих стандартов нового поколения является НИИЖБ, но если там и в дальнейшем не будут прислушиваться к общественному мнению, то строительная отрасль опять будет получать неудобоваримые тексты, от которых будут страдать качество и взаимоотношения между строителями и изготовителями. Будут спорить и судиться, вместо того, чтобы работать.

       Хотел бы также сказать о необходимости внимательно следить за сайтом Росстандарта, и, когда на нем будет официально объявляться о начале общественного обсуждения очередного бетонного ГОСТа, немедленно включаться в этот процесс и активно в нем участвовать. Надо вместе бороться за добротные тексты стандартов, чтобы потом нам всем было легче работать.

Игорь Коваль, руководитель научно-технического центра ООО «Полипласт Северо-Запад»:

— У меня есть некоторый опыт разработки стандартов. Сегодня мы сталкиваемся с тем, что с одной стороны, стандарты, конечно, надо менять, приводить к европейским нормам и т. д. С другой стороны, это надо делать крайне осторожно. Например, до этого я работал в Институте БелНИИС (г. Минск, республика Беларусь), где для строительного комплекса уже ввели в действие целую группу стандартов, гармонизированных с европейскими нормами, например CTБ EN 206-1-2010, и надо сказать, что например гармонизированную версию нового ГОСТ 18105 не могут принять третий год, ввиду того, что даже научная общественность не до конца понимает многих терминов, таких как например «критерии отнесения бетонов к группам и семействам, минимальный уровень прочности бетона в отдельном измерении и т. д.». В том числе, в связи с этим документ постоянно отправляется на доработку… Поэтому надо по моему мнению очень осторожно менять действующий ГОСТ 18105, и, совершенно верно — высказывать своевременно все замечания. Вы затронули проблему применения неразрушающего контроля прочности бетона по кубам или по приборам. Да, полностью выполнить положения ГОСТ 18105 п.2.4 нереально, и проблема определено существует. Старая редакция ГОСТ 18105 предписывала основным условием идентичности — одинаковые температурно-влажностные условия выдерживания бетона в конструкциях и образцах кубов, изготовленных по ГОСТ 10180-90. Понятно, что когда дело касается погоды не критической — весна или осень, то тогда все условия выдерживания более или менее соответствовали нормам ГОСТ 18105, а теперь посмотрим, что происходит в период жаркого лета или холодной зимы? Кроме того, есть примеры, когда условия идентичности выдерживания все-таки можно выполнить, например, для горизонтальных конструкций перекрытий, где и уход за бетоном можно организовать и кубы хранить тоже. Когда же это отнести к вертикальным конструкциям, особенно колоннам и диафрагмам жесткости, то понятно, что выполнить температурно-влажностный режим идентичного выдерживания образцов кубов, непосредственно вблизи или на конструкциях зимой или летом практически нереально. Поэтому это и вызвало в принципе обоснованные попытки строителей ухода метода контроля по образцам кубам и перейти к неразрушающему контролю приборами по ГОСТ 22690. Но и это надо делать крайне осторожно, потому что, скорее всего, идентичность условий с ГОСТ 18105 будет вероятно существенно нарушена только в вертикальных конструкциях, особенно выдерживаемых в зимних условиях и в условиях явного пересушивания конструкций — вот там и надо принимать неразрушающий контроль по ГОСТ 22690 как основной.

       Сейчас в Беларуси меняется ГОСТ 22690, теперь будет введен новый стандарт по неразрушающему контролю. Там, кстати, рекомендовано подвергать неразрушающему методу не менее 50% возводимых конструкций. Понятно, что техническая, так сказать, адекватность методик оценки прочности различная, потому что одно дело — использование ударно-импульсных методов оценки поверхностной прочности, другое дело — методы отрыва со скалыванием, или отрыва ребра которые наиболее достоверные, но более затратные и тяжелые в производстве, да и статистику измерений набрать в них намного сложнее. И здесь при разработке национальной версии российского стандарта необходимо учесть эту грань между ударно-импульсными методами, их применимостью по пределу измеряемых величин и четкой привязкой к более сложным методам. Помимо этого, в Беларуси в новую версию ГОСТ 22690 ввели также и интерпретацию прочности, поскольку зачастую случается, что нет понимания, какой же вид прочности мы измеряем и как это все соотносится с требованиями. Кроме того, в новой версии Белорусского национального стандарта вместо ГОСТ 18105 подразумевалось введение контроля прочности бетона: или по цилиндрической (призменной) прочности, или по кубиковой прочности. Зависит от того, какие у вас в наличии есть формы, какой заказчик и какой метод вы для себя приняли. Поэтому здесь есть вопросы, которые необходимо еще раз внимательно пересмотреть и изучить специалистам, и если возникают «но», не «кидаться сразу с головой» в европейский стандарт, потому, как не все там четко понятно и удобоваримо для нашего строительного рынка: многие положения того же европейского ЕN-206-1, подразумевают совершенно отличный от нашего уровень контроля всех технологических режимов производства конструкций, а также допустимой вариативности этого контроля. И, соответственно, у них при начальном производстве одни характеристики прочности, а при серийном — другие, менее высокие. Подразумевается, что при серийном производстве в Европе величина стандартного отклонения не превысит определенного уровня в 3…4 МПа. При нашем же контроле технологических режимов и качестве используемых материалов, когда начинаешь применять положения этого европейского стандарта, величина стандартного отклонения между результатами испытаний реальных образцов кубов получаются большими — порядка 6…9 МПа, что при проверке по установленным критериям для начального производства согласно EN206 ведет к меньшим контрольным критериям прочности бетона fcm(нач.) ≤ fcm(сер.), чем на установившемся серийном производстве, что в принципе противоречит идеологии европейского стандарта и обычной логике.

       Действительно, у нас есть проблема с качеством бетона, но она, мне кажется, интернациональна и существует везде. Однако сейчас мы коснулись в основном технологических режимов, а начальный вопрос нашей дискуссии был по цементу. Например, вернемся к ГОСТ 31108-2003 с классами по цементу. А главный вопрос остается нерешенным: как же проектировать составы бетона определенных классов при неизвестной «де-факто» величине активности цемента или скажем мягче плавающей активности от 42 до 62МПа и т. д?! Все методики, и НИИЖБ, и, к примеру, минской школы бетоноведения — все они предусматривают использование определенной величины активности вяжущего Ra. Мы не можем использовать плавающие значения активности в расчеты, потому что в итоге получим композицию бетона с «гуляющим» на 100 кг расходом цемента. Для решения задачи подборов указания в паспортах одного лишь класса цемента явно недостаточно. Может, следует рекомендовать приводить гарантированное (хотя бы и среднее значение активности в МПа) в паспортах на цементную продукцию, чтоб можно было работать? Понятно, что существующее положение устраивает цементные заводы, когда проверить реальные характеристики и отклонения качества их товара сложнее. А каково нам, потребителям? В Беларуси например сейчас параллельно действуют оба положения и указания по классу цемента и указания по активности, — именно для того чтобы зафиксировать конкретную активность цемента. В паспортах некоторых европейских стран, к примеру, кроме класса цемента указывается и его гарантированная активность Ra. При этом указаны отклонения +/— чуть ли не до 2 МПа. И дальше идет такая «фраза» о том, что «при неполучении заданных показателей по активности вяжущего завод изготовитель цемента должен немедленно уведомить потребителей о возникшей критической ситуации»!!!

       Вот это все вопросы хотелось бы в нормах уточнить и внести какую-то ясность, выполнить некоторые корректировки. Тогда такие вопросы как «нравится цемент, или не нравится?», «умеем ли мы с ним работать или нет», будут менее острыми.

Вячеслав Пахтинов, технический эксперт «ОАО «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА»:

— В настоящее время разрабатывается новый ГОСТ по цементу для транспортного строительства. Там есть, на мой взгляд, интересные коэффициенты, позволяющие, зная активность класса цемента по ГОСТ 31108-2003, например, переходить к марке цемента по ГОСТ 10178-85. Изучив эти нормативные документы, я не совсем согласился с некоторыми положениями, но последнее с точки зрения бетонщиков довольно позитивно. Я не понял, почему этот ГОСТ не обсуждался у нас в Питере. Кстати, очень серьезные внесены изменения с точки зрения по содержанию C3A алюмината в цементах и др. Много, на мой взгляд, и хороших, и не очень моментов в содержании. Но по контролю качества цементов и по их применению уже есть новые положения в методиках. Не совсем так, как хотелось бы, но они сделаны.

Михаил Бизяев, заместитель генерального директора ЗАО «Проммонолит»:

— Я позволю себе немного переформатировать нашу беседу, чтобы она не превратилась в некую научную дискуссию. Предлагаю вернуться назад. Тем более, что у нас присутствует представитель Службы Государственного надзора Санкт-Петербурга и вряд ли его интересуют ГОСТы на цемент.

       На сегодняшний день я сравниваю то, что происходит в стройиндустрии с переломом, который пытаются вылечить таблеткой от головной боли. Что является причиной? На мой взгляд, к этому привел Закон о техническом регулировании, принятый Государственной Думой и подписанный президентом, который, в принципе, и стал «первой лопатой» в могилу стройиндустрии России. Почему? Потому что на протяжении последних восьми лет, вместо того, чтобы создавать нормальную систему стандартизации, государство планомерно от этой системы отходило. И на сегодняшний день оно практически самоустранилось. Закон о саморегулировании строительной деятельности в том числе создал еще более благоприятную основу для того, чтобы это, мягко говоря, безобразие продолжалось и дальше. Апологеты принятых законов утверждают: уже приняли — надо выполнять. Однако почему же мы все время принимаем что-то недоделанное? Говорят, ну, вот на Западе… Отчего ж нам тогда не принять уголовный кодекс по американской конституции? Или, к примеру, не отменить правила движения? Вот вам конкретные примеры. Сергей Николаевич сказал по поводу ГОСТов на бетон — о том, что нет синхронизации, они между собой не состыкуются, содержат массу противоречий и т. д. И это только по бетону. Бетон по сегодняшнему стандарту, который является нормой добровольного применения, и я это подчеркиваю, — не обязательного, как это было раньше, а именно добровольного. Поэтому говорить об обязательности исполнения каких-либо стандартов было бы неправильным. Бетон, даже в стандартах, обозначается БСГ (бетонная смесь, готовая к употреблению), то есть, по сути является полуфабрикатом. Вы можете сделать какой угодно качественный полуфабрикат, но при этом нет абсолютно никакой гарантии, что в конструкции проектировщик получит то, что он туда закладывал. Потому что бетон подлежит транспортировке, выгрузке, доставке до места бетонирования, укладке и уходу. Я только 5 пунктов перечислил. Где стандарты на них? Нет. Тот, кто посещает строительные объекты, знает, что там происходит, и что никто никакой ответственности за это не несет. Новый стандарт ГОСТ 7473 по сути скопирован с европейского за одним очень важным исключением: там за заложенный состав бетона и все его параметры ответственность несет проектировщик. У нас — другая ситуация. Я задаю на строительном объекте вопрос проектировщику: у тебя заложен бетон Б-35 — что это значит? Он: класс 35-й. Я говорю: ты скажи по-русски — сколько мегапаскалей или лучше всего — килограммов на кв.см. Немая пауза… То есть, он даже не знает — какие характеристики он заложил в конструкцию. Представляете? А ведь это делают сертифицированные компании и специалисты, которые имеют допуск на проектирование — СРО. Далее. В положения Закона о саморегулировании в строительстве вошли строители, изыскатели и проектировщики. А где же производители стройматериалов?

       Таким образом, важнейший элемент, определяющий даже не качество строительства, а безопасность жизни людей, выброшен. Даже в новой редакции ГОСТ заложена мина замедленного действия, потому что, согласно ей, качество бетонных конструкций определяется по твердению в нормальных условиях. Это, соответственно, влажность порядка 98% и температура окружающей среды 20 гр. Но когда на улице -20, какие на строительном объекте условия? А потом через месяц подрядчик приходит и говорит: у меня в конструкции нет прочности. Откуда же ей там взяться через 28 суток при таких условиях? Что делать в такой ситуации? Естественно, мы небольшим коллективом не можем заставить государство пересмотреть даже не новые разработки, а сам подход к стандартизации в строительстве. Потому что именно государство диктует правила игры. Сейчас оно, к сожалению, устранилось. Нужно откровенно признать, что ситуация может дойти до катастрофы. Никакие страховые фонды саморегулируемых фирм не спасут, когда пойдет вал аварий. Поэтому этот круглый стол нужно использовать для того, чтобы, по крайней мере, попытаться донести до необходимых лиц: государство должно принять жесткую позицию по разработке, утверждении и контроле за стандартами. Не добровольного, а обязательного применения. Нам все время говорят — на Западе свобода, но когда рассказываешь европейцам про наши СРО, они вообще не понимают, о чем речь и в ужасе отвечают: вы чего? У нас тогда что тогда будет твориться? Везде, во всех странах государство жестко контролирует строительство, и только это обеспечивает необходимую безопасность жизни людей. Поэтому, если эти стандарты носят норму добровольного применения, да еще и написаны, скажем так, не в лучшем советском духе, тогда о чем мы говорим…

       В связи с этим я хотел бы задать вопрос специалисту Госстройнадзора: чем вы руководствуетесь, когда приходите на объекты и проверяете качество бетонной смеси?

Зинаида Варлашова, специалист Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга (Госстройнадзор):

— Служба, в рамках государственного строительного надзора, осуществляет надзор за выполнением требований технических регламентов и проектной документации, а также проверяет наличие документа о качестве на бетонную смесь и соответствие ее параметрам, указанным в проектной документации.

       И я позволю себе возразить в том плане, что государственные стандарты являются у нас нормой добровольного применения. Да, по определению они таковыми являются. Но при заключении договоров на поставку бетонной смеси вы ссылаетесь на ГОСТ 7473, который по условиям договора становится обязательным. Согласны?

Михаил Бизяев, заместитель генерального директора ЗАО «Проммонолит»:

— Вы нам тогда объясните, пожалуйста, в чем разница между постановлением и тем перечнем обязательных стандартов, который есть? Они ведь носят отсылочный характер, а не являются нормами прямого действия…

Зинаида Варлашова, специалист Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга (Госстройнадзор):

— Совершенно верно: они носят отсылочный характер, но через документ прямого действия отсылочные документы становятся обязательными. В настоящее время действует Федеральный Закон «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», соблюдение которого обеспечивается в результате применения на обязательной основе ряда национальных стандартов и сводов правил, которые утверждены распоряжением правительства от 21 июня 2010 года за № 1047-Р. Одним из документов указанного перечня является СНИП 52-01-2003 «Бетонные и железобетонные конструкции», который указывает, что бетонная смесь должна соответствовать ГОСТ 7473. Таким образом, его требования становятся обязательными.

       Очень много дискуссий было по поводу контроля прочности бетона, спорили о целесообразности возвращения к образцам. Но, согласитесь, мы все были на стройках. Кто-нибудь видел идеальное выдерживание контрольных образцов в условиях конструкций? Я — нет. В данный момент на стройках необходимо создать условия выдерживания контрольных образцов, равные условиям выдерживания конструкций, в том случае, если контроль за прочностью бетона монолитных конструкций осуществляется по контрольным образцам.

Михаил Бизяев, заместитель генерального директора ЗАО «Проммонолит»:

— Да, но заказчик-то требует 25-й бетон, но по дозировкам ему дают 35-й. А это дороже…

       Мы сейчас говорим о том, что сам по себе качественный бетон — это одна из составляющих безопасных конструкций. Необходимо правильно подавать состав, чтоб компоненты были соответствующего качества, перемешивать это нужно нормально…

       Когда бетон укладывается в конструкции, мы говорим: испытания по образцам… Вы бы видели, в какие формы забиваются эти образцы, как они уплотняются, где хранятся, как оформляется документация и т. д… Сколько из этих форм соответствуют нашему стандарту? Я сейчас говорю о качестве самой формы.

Зинаида Варлашова, специалист Службы государственного строительного надзора и экспертизы Санкт-Петербурга (Госстройнадзор):

— И я говорю о качестве. Существует калибровка форм, ее никто не отменял.

Игорь Коваль, руководитель научно-технического центра ООО «Полипласт Северо-Запад»:

— Бетонная смесь — это действительно полуфабрикат. Поэтому я согласен с Михаилом Викторовичем — этап поставки и этап до того, как смесь пришла на объект, процедура укладки, процедура проверки, процедура выдерживания и пр. — все должно быть юридически зафискировано.

Михаил Бизяев, заместитель генерального директора ЗАО «Проммонолит»:

— Я, может, не совсем внятно объяснил. Дело в том, что против тех ГОСТов, о которых мы говорим, никто ничего не имеет, несмотря на все противоречия. Но факт в том, что эти его положения являются нормой добровольного применения. А если мы все время ссылаемся на европейские стандарты, то там это обязательные нормы.

Вячеслав Пахтинов, технический эксперт «ОАО «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА»:

— Так вот, возьмите даже самоуплотняющийся или саморастекающийся бетон: в Европе его сделает не каждый, а у нас его пытается сделать каждый. Потому что у нас прописано определение данных видов бетона.

Александр Дубодел, директор по маркетингу ЗАО «ЛСР-Базовые» (45):

— Необходимо отметить, что после кризиса строительные компании вновь на первое место ставят качество, а на второе — цену, однако, острой проблемы качества бетона у крупных производителей я на сегодняшний день не вижу. По наиболее популярному классу бетона B25, занимающему на рынке около 60%, общий язык с потребителем найти можно, хотя и хотелось бы большей определенности в стандартах. Игроки на рынке знают друг друга и могут нормально взаимодействовать. Думаю, что и многие здесь подтвердят мои слова: случаются отклонения, как и в любой отрасли, но не такие серьезные и их не так много. Конечно, на рынке существуют и безответственные производители, которые умышленно занимаются демпингом и снижают качество. Бывают, конечно, отклонения, но я бы сказал, что их процент у серьезных производителей не высок. К сожалению, высокие классы бетонов, по которым у нас есть наработки и опыт производства, нашим рынком сегодня практически не востребованы. В 2007-2008 годах вырисовывались перспективы высотного строительства на рынке Санкт-Петербурга, однако, все такие проекты на данный момент на рынке не реализуются. Радует, что качество рынком востребовано вновь и набирает значимость.

Ведущий:

— Информация взята из материалов общероссийских специализированных ресурсов, где говорится также о том, что многие производители (заводы) экономят на качестве, что связано с подорожанием основного технологического материала при изготовлении цемента — природного газа. Соответственно, там идет недомол, недообжиг и т. д.

Вячеслав Пахтинов, технический эксперт «ОАО «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА»:

— Недомол и недообжиг — этого сегодня в принципе не может быть. Но есть другая проблема: сейчас на рынке появляется много всевозможных наполнителей для бетонных смесей — добавок. И зачастую они используются без дополнительных исследований, а этого делать, конечно, нельзя. Некоторые производители используют их достаточно активно, но нет гарантий, что через несколько лет такая бетонная конструкция не разрушится.

Ведущий:

— А можно ли каким-то образом определить качество конечного продукта или это возможно лишь при контроле входных материалов?

Вячеслав Пахтинов, технический эксперт «ОАО «Сланцевский цементный завод «ЦЕСЛА»:

— К сожалению, только по качеству входных материалов. Есть крупные компании с именем, такие как «Объединение 45», которые не используют такие добавки, компании же поменьше могут экономить и использовать. Еще одна проблема, связана, на мой взгляд, с перевалкой: бывает, мы поставляем цемент определенного класса, у потребителя, который использовал этот материал, при производстве бетона не происходит никакого схватывания материала. Приезжаем — дают взять пробу, и по ней мы определяем, что цемент по всем параметрам не наш. Или смотрим данные по составу: сравниваем с материалом — не тот. А по документам все верно. Это не качество цемента или бетона. Это вопросы перевалки, проблемы с технологиями работ.

Михаил Бизяев, заместитель генерального директора ЗАО «Проммонолит»:

— Когда мы говорим, что вместо цемента зачастую получаем какой-то порошок, я тоже не согласен с этим. На сегодняшний день в цементной отрасли существует проблема контрафактов. Разумеется, крупные производители бетона, которые здесь присутствуют, не покупают цемент у кого попало. Я не стал поднимать здесь тему розничной торговли, — там вообще никто не знает, что «в этих мешках»… но уж точно не то, что написано… А вот говорить о цементе, который производится в промышленных масштабах и используется для производства бетона и железобетона — важно. Опять же не хотелось бы тратить время на серьезные изыскания, но позвольте привести один пример. Возьмем во всем масштабе нашу цементную промышленность: допустим, ее мощности сегодня измеряются примерно в 70 млн. тонн. В пиковые нагрузки потребность в цементе резко возрастает. Мощности не справляются. Какого качества цемент — многих не интересует — лишь бы он был. Многие действуют именно по такому принципу. У тех, кто берет сырье у заводов стабильно, таких проблем нет. Но проблема в другом: для того чтобы цементному заводу выпускать стабильное качество цемента, в том числе по помолу, по химико-минералогическому составу, должен соблюдаться технологический регламент. Например, вы не сделаете качественный клинкер, если у вас нет соответствующих запасов сырьевой муки. Вам не «усреднить» сырье, чтоб получить его. Если качественный клинкер не получится, то цемент по химии будет «гулять». К чему это приводит — технологи скажут: к перерасходу цемента. В итоге вместо 340 кг вы будете класть 390… Это первая проблема. Вторая — качество самого цемента с точки зрения толщины помола. Сегодня российские заводы максимум могут нам дать (но они и этого не делают) 3800 см2/г удельной поверхности. Европейский стандарт меньше 400 см2/г не допускает… Я говорю об удельной поверхности как таковой. Что такое удельная поверхность? Это водоцементное отношение, трещины, набор прочности, и т. д. То есть, чем тоньше цемент помолот, тем выше у него активность со всеми вытекающими последствиями. Это в том числе очень важно для набора прочности бетона в первое время, для того чтобы можно было по нему ходить на объекте и пр. Чтобы сделать удельную поверхность, нужно потратить электроэнергию, нужны качественные современные мелющие тела, — отдельная тема…

       Для того чтобы построить цементный завод, нужно денег много… Только-только у нас начинают строить новые цементные заводы. Если бы я был президентом, дал бы Андрею Молчанову золотую звезду Героя России. Потому что построить новый современный цементный завод за 350-380 млн. евро, который работает, для этого мало одного желания, нужно иметь железную хватку. Мы постепенно движемся к какому-то мировому уровню. И все-таки есть надежда, что через некоторое время наши новые цементные заводы смогут работать нормально. Ввод нового цементного завода группы ЛСР сразу же повлиял на рынок в положительную сторону, поскольку появился серьезный игрок с качественной продукцией. С маркой там надо, конечно, поработать, но это вопрос времени. Тем не менее, я не сомневаюсь, что они выйдут на заявленный уровень и получат соответствующую марку. Насчет 500 сомневаюсь, но 400 — точно будет.

       Ну и чтобы закрыть эту тему с цементом, есть еще другая проблема, которая опять-таки связана со стандартами. Мы гробим свои полезные ископаемые. Если посмотреть статистику, за последние 15 лет потребление бездобавочных цементов в нашей стране привело к катастрофическим показателям. Оно уже превысило более 50%, то есть, все, что нам дала природа, мы уничтожаем. В Европе все с точностью до наоборот: потребление низкоклинкерных цементов растет. То есть, в ход все больше идут только низкомарочные бетоны, низкомарочные цементы. Мы же строим множество объектов из бетона 35-го класса — зачем? На всякий случай? Мы не думаем о наших будущих поколениях: что мы им оставим? Эти ямы? На мой взгляд, проблема в том, что нашим цементникам невыгодно способствовать выпуску цементов с высоким содержанием добавок (в той же самой Европе — их до 80%). Кто у нас использует сегодня шлакопортландцемент? Никто. Потому что его не производят. Сегодня монолитное строительство требует, чтобы прочность конструкции составляла 30% уже через 10 часов.

       Возьмем песок. Сегодня песок с модулем крупности 2,5. Однако соотношение фракций в нем, допустим, 3: пылевидная часть явно присутствует больше, — значит, опять будет перерасход цемента, и снова повысится себестоимость. То есть, песок не соответствует стандарту. И когда приходишь к поставщику и говоришь — давай нормальный песок, парень, он говорит — не хочешь — не бери. Вон у нас очередь какая. Точно такая же ситуация со щебнем. То есть, это монополизм. Единственной конкурентной средой в отрасли сегодня являются добавки. В остальных случаях договариваться не с кем.

Подготовил Евгений Бжезински

 

 

Мнение специалиста

Александр Чурилло, кандидат технических наук, доцент Санкт-Петербургского государственного Политехнического университета:
 
— Хочется отметить, что несмотря на завершившийся почти два года назад семилетний переходный период в области технического регулирования далеко не все его аспекты однозначно воспринимаются строительной общественностью. Что не удивительно, поскольку многие положения для нас новы и основаны на изменившихся отношениях между участниками строительного рынка. Ушли в прошлое времена, когда Заказчиком, Подрядчиком и контролирующим органом было государство. Сейчас основой отношений участников рынка, независимо от формы собственности, является безопасность сооружений на всех этапах их существования. На этом фоне достойное место занимает четкая позиция представителя государственного строительного надзора.
 Хочется отметить и роль журнала, поднимающего актуальные вопросы технологии бетона и бетонных изделий. Каждый такой круглый стол послужит пониманию современного состояния технического регулирования в области строительства и позиций сторон в деле безопасного строительства.