ППРК-Сервис
ППРК-Сервис
ИГРА ПО ПРАВИЛАМ И БЕЗ…

ИГРА ПО ПРАВИЛАМ И БЕЗ…

Петербург ждет инвесторов. Колоссальное архитектурное наследие – это не только богатство, но и огромная ответственность за реализацию проектов, затрагивающих исторический облик Северной столицы.
О непростой деятельности инвестора в Петербурге рассказывает пресс-секретарь Службы заказчика Эмиль Салихович Фаткуллин.

– Выбирая город для инвестиционной деятельности, почему вы остановили свой выбор на Петербурге?
– Инвестиционная привлекательность Петербурга обусловлена исторически. Петр I гениально предвосхитил историю развития взаимоотношений России и Европы на многие века вперед. И именно Петербургу отведена роль города-дипломата, представляющего свою страну на мировой арене. Балтика, близость Северной Европы, морская и сухопутная границы – все это способствует интеграции российского и зарубежного бизнеса, развитию туризма, оздоровлению экономики.
По сути дела, российский император был первым инвестором на берегах Невы, реализовав невиданный по своей дерзости и масштабам проект. Только представьте, какие колоссальные средства были затрачены, чтобы на пустом месте выстроить новую столицу! Но как грамотно распорядился ими Петр I, как скрупулезно, до мелочей все просчитал, поняв, что с Европой нужно разговаривать по европейски. Я сейчас имею в виду не только сам город, построенный по лучшим итальянским образцам, но создание в этом городе интеллектуальной элиты, привлечение талантливых ученых, коммерсантов, создание условий для развития бизнеса. И мы сегодня, как мне кажется, не имеем морального права снижать планку.

– Сегодня ведется много разговоров вокруг инвестиционного климата в Петербурге. Что вы думаете по этому поводу?
– Одним из конкурентных преимуществ Северной столицы является большое количество квалифицированных кадров. В Петербурге много учебных заведений самого различного направления, выпускающих хороших специалистов. В городе еще с советских времен сохранились профильные НИИ, лаборатории, очень авторитетная научная школа. Много молодых специалистов готовы работать по специальности, они не стремятся уехать из своего города – это особая петербургская ментальность, и мне кажется, этот потенциал необходимо использовать. Но для этого нужно создавать людям условия, создавать рабочие места, открывать новые производства. Посмотрите, как успешно в Петербурге в свое время были реализованы проекты по созданию автомобильного, фармацевтического кластеров.
Для нашей компании сегодня представляет интерес реализация «Программы развития Санкт-Петербурга как туристского центра на 2011–2016 годы». Городу нужны отели различного уровня: от трехзвездочных и апарт-отелей до отелей премиум-класса.
Обладая таким культурным и историческим богатством, Петербург не может не использовать его во благо своих жителей. Но для этого нужно обеспечить туристам возможность размещения, и желательно – в границах исторического центра.
– Расскажите подробнее о проекте, который вы сегодня реализуете…
– В 2011 году инвестор вошел в проект приспособления исторического здания на Фонтанке, 145б, лит. А, под гостиницу. Это бывший «Дом Шагина» – обыкновенный петербургский доходный дом с традиционно красивым фасадом. Само здание уже с 1982 года (!) было расселено и находилось в аварийном стоянии.
Удивительно, что до того времени, пока здание не перешло к инвестору, его нещадно эксплуатировали всевозможные неформальные объединения, устраивавшие в нем танцполы и дискотеки. Известные музыканты снимали в нем клипы, взрывая газовые плиты и раскрашивая краской все от пола до потолка. В помещениях дома снимали даже сериал о террористах царских времен (опять же со взрывами, возгораниями и выбиванием оконных рам и стекол). Я уже не говорю об асоциальных личностях, облюбовавших заброшенный дом и проводивших там свои «пикники». Где были и куда смотрели общественные организации, устроившие травлю инвестора, пожелавшего спасти дом и дать ему новую жизнь?
Должен заметить, что с самого начала у инвестора было понимание того, в какой архитектурной среде ему придется работать. Поэтому с самого первого варианта была предусмотрена реконструкция и воссоздание лицевого фасада здания. Первое, с чего мы начали, это с обследования всех исторических конструкций, элементов декора, с целью сохранить то, что сохранить еще можно.
Администрация района и города не возражала против частичного демонтажа аварийных конструкций. Все прекрасно понимали, что внутренние объемно-планировочные решения подвергнутся изменениям в соответствии с новыми условиями эксплуатации. Это обычная мировая практика приспособления старинных зданий, чтобы дать им новую активную жизнь. Мы не собирались делать там частные апартаменты или элитное жилье. Нам хочется сделать здание максимально открытым и доступным для горожан. Зоны лобби, ресторана, кафе хороших отелей давно пользуются популярностью для проведения деловых переговоров, встреч или для того, чтобы просто приятно провести время за чашкой кофе. Туризм – вне политики, в отелях всегда царит несколько романтичная атмосфера. Поэтому наш проект был воспринят позитивно. Достаточно быстро была согласована вся необходимая документация, как говорится, «ничто не предвещало»…
– И что же случилось?
– Как только мы получили разрешение на строительство, в КГИОП поступила историко-культурная экспертиза (ИКЭ). Хотя за два года до этого те же самые специалисты проводили техническое обследование указанного дома и «не рекомендовали включать здание по Фонтанке, 145, в реестр вновь выявленных объектов культурного наследия». Так мы фактически оказались в ловушке. С одной стороны, нас инвестиционный договор обязывает проводить работы, и их невыполнение грозит серьезными последствиями, вплоть до расторжения контракта. С другой стороны – у нас связаны руки, так как до сих пор мы не можем выйти на объект, потому что нет заключения о том, что именно является предметом охраны. То есть нет четко прописанных условий, в каких границах мы можем двигаться, каким пространством располагать.

– Вы теряете время…
– Да, мы теряем и время, и немалые деньги, ведь и обеспечение охраны, и комплекс противоаварийных работ, и проектно-изыскательскую деятельность никто не отменял. К тому же инвестор оплачивает все предусмотренные договором инвестиционные платежи!

– КГИОП как-то может ускорить процесс проведения ИКЭ?
– Было проведено уже два заседания рабочей группы Совета по сохранению культурного наследия Санкт-Петербурга, на которых специалисты КГИОП пришли к единому мнению: рекомендовать включить выявленный объект культурного наследия в Единый государственный реестр культурного наследия регионального значения с установлением в качестве предмета охраны лицевого фасада. Но общественная организация, проводившая ИКЭ, не согласна с мнением Совета, так что «воз и ныне там».
В таких условиях очень сложно выдержать сроки инвестдоговора.

– Есть ли выход из сложившейся ситуации?
– Жизнь идет, здание ветшает. Мы хотим воссоздать исторический вид набережной реки Фонтанки и приспособить здание для современного использования. Мы прекрасно понимаем, что «историческая идентичность» только увеличивает привлекательность любой гостиницы. Город получит благоустроенную охраняемую территорию, обновленные коммуникации, подземный паркинг. Функционирование самой гостинцы – это новые рабочие места, налоговые отчисления в бюджет, развитие сферы услуг, в том числе малого и среднего бизнеса.
Мы не просим для себя каких-то преференций и особых условий. Мы понимаем и принимаем правила игры, и хотим только одного: чтобы их не меняли. Сегодня политическая и экономическая ситуация вынуждает многих иностранных, да и отечественных инвесторов сворачивать свою деятельность в России, поэтому надо ценить и поддерживать тех, кто верит в свою страну, готов вкладывать деньги в ее экономику, развитие, а значит, в ее будущее.

Подготовила Елена Рачкова

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА:
Рафаил Даянов, Заслуженный строитель России, почетный архитектор России, почетный реставратор Санкт-Петербурга, директор архитектурного бюро «Литейная часть-91», член Градостроительного совета и Совета по сохранению культурного наследия при правительстве Санкт-Петербурга:
– Приспособление исторических зданий к новым условиям – это совершенно нормальное явление, при котором архитектурное наследие получает право на новую жизнь. Это мировая практика, давно доказавшая свою состоятельность и разумность. Нередко происходит так, что историческое здание доведено до такого состояния, что вернуть его первоначальный облик, особенно в дворовой и интерьерной части не представляется возможным. 
Зачастую в исторические формы трудно вернуть историческую функцию. К примеру, доходный дом не может оставаться таковым вследствие несоответствия современным нормам комфортности и безопасности. Осложняет работу архитектора необходимость предусмотреть эвакуационные выходы, противопожарные мероприятия там, где их изначально не предполагалось. Но сегодняшние стандарты нашей жизни, направленные на улучшение ее качества не позволяют пренебрегать подобными вещами. 
Я считаю, что ситуация, при которой у здания появляется инвестор, единый собственник, который готов взять дом в единое управление – самое оптимальное решение проблемы. Главное, чтобы он понимал ту историческую ткань, с которой работает, сохранил облик, сохранил душу старинного дома и позволил ему жить полноценной жизнью. Не стоит забывать, что консервация исторических зданий и сооружений, за которую ратуют сегодня многие градозащитники, согласно Венецианской хартии по вопросам сохранения и реставрации памятников и достопримечательных мест, предполагает постоянный уход, регулярное проведение комплекса защитных мероприятий, а это требует немалого финансирования из бюджета города. Именно поэтому в Европе, даже в консервативной Италии, пошли по пути приспособления исторических зданий и сооружений. Без ухода здание просто погибнет естественной смертью, как это происходит с Домом Шагина (Зыкова) на Фонтанке, 145. За 20 лет беспризорного существования здание было доведено до такого состояния, что сейчас главное – успеть сохранить фасад и найти тот приемлемый компромиссный проект, который позволит не нарушить исторически сложившуюся застройку Фонтанки и Крюкова канала. Хотелось бы, чтобы этот проект стал началом формирования позитивной среды, комфортной и привлекательной для жителей и гостей Петербурга.

МНЕНИЕ ЭКСПЕРТА:
Генеральный директор ООО «Архитектурная мастерская Апостола», член Союза архитекторов России Филипп Апостол: 
– Реализация проекта приспособления бывшего «Дома Шагина» под современное использование (гостиницу) сегодня вызывает серьезные опасения. И отнюдь не потому, что реконструкция и приспособление исторического здания под новые условия эксплуатации – это какой-то архисложный технический процесс. В Санкт-Петербурге имеется достаточно большой опыт успешной работы с историческими зданиями, памятниками истории и культуры. Тактичная корректировка планировочных решений позволяет сделать из бывшего петербургского доходного дома гостиницу, отвечающую современным требованиям комфорта и безопасности. Проблема заключается в том, что мы в течение долгого времени никак не можем получить исходные данные для проектирования. Другими словами, на сегодняшний день нет четкого понимания того, что необходимо сохранить и в каких границах мы можем двигаться, использовать возможность получения дополнительных площадей для создания инфраструктуры объекта. Без этого наша деятельность теряет всякий смысл. 

– Каково сегодня состояние здания, что еще удастся сохранить?
– Однозначно можно сказать, что сохранить весь объект без изменений (исторические конструкции, фундамент, фасадный декор, интерьеры) невозможно. Здание сильно пострадало, и не столько от времени, сколько от того, что после расселения дом в течение двадцати с лишним лет не эксплуатировался. Особенности петербургского климата, перепады температур, высокая влажность, агрессивная городская среда – все эти факторы способны и более «молодое» сооружение превратить в руины. Так что здесь перед архитектором и инвестором стоит непростая задача – найти тот самый компромисс, который позволит оставить зданию его исторический облик, но в то же время вернет его к жизни. 
Должен сказать, что инвестор крайне бережно относится к объекту. Еще до того, как здание было признано вновь выявленным памятником, инвестор произвел его техническое обследование. Выполнено 3D-сканирование объекта, то есть сканирование фасадов, конструкций, оконных и дверных проемов, деталей декора фасада и интерьеров, с точной фиксацией всех размеров, чтобы при необходимости воссоздать их в первозданном виде. Вся уцелевшая лепнина была бережно демонтирована и передана на хранение до того времени, когда сможет вернуться на свое историческое место. 
На взгляд специалистов, что действительно представляет собой историческую ценность – это главный фасад лицевого корпуса. Здание является частью архитектурного ансамбля набережной Фонтанки, и вопрос возвращения исторического облика полуразрушенного сегодня фасада ни у кого не вызывает сомнений. Однако его дворовая часть и планировочные решения не являются шедевром архитектуры. Дом Шагина не был ни особняком, ни общественным зданием, он изначально строился с коммерческой целью, так что можно сказать, «гений места» определил новое назначение здания как гостиницы. Наибольшую ценность, как мне кажется, имеет культурная составляющая, поскольку в этом здании находилась редакция журнала «Русская старина».

 – Работы на объекте сейчас приостановлены? 
– Сейчас выполняется комплекс противоаварийных мероприятий, укрепляются существующие конструкции, происходит процесс консервации. Инвестор высказывает озабоченность тем, что еще одну зиму здание может просто не пережить. Объект на самом деле требует серьезных капиталовложений, затягивание сроков реализации проекта приближает его рентабельность к нулю. Мы уже сегодня констатируем, что историческая кладка в большинстве своем деструктирована и при реставрации потребуется выполнение большого объема так называемой вычинки (замены исторического кирпича), усиление фундамента и многие другие мероприятия. Мы готовы производить все необходимые работы: современные технологии позволяют вести строительный процесс и в зимний период, тем более, что уже который год в Петербурге наблюдается достаточно мягкая, европейская зима. Все дело тормозит бумажный процесс, отсутствие четкого определения предметов охраны вновь выявленного памятника. 

– То есть проекта пока нет?
– Окончательного – нет. Есть варианты, их не один, не два и не три. Все будет зависеть от того пространства, которое нам определят, от тех рамок, которыми мы будем ограничены. Надеюсь, что будет принято адекватное решение и ситуация не будет доведена до абсурда, когда, например, требование сохранить продольную внутреннюю стену накладывает жесткое ограничение на формирование планировочного решения объекта с учетом его нового функционального использования. И у инвестора, и у архитектора задача – сделать объект достойным архитектурных традиций Петербурга. Мне импонирует подход инвестора и его понимание той уникальной архитектурной среды, в которой ему приходится работать. Хочется, чтобы новая гостиница была стильной, элегантной, и в то же время насыщенной теми инженерными и техническими решениями, которые позволяют обеспечить высокий уровень комфорта. У нас есть интересные идеи по использованию внутреннего флигеля (от которого, кстати, сейчас почти ничего не осталось), дворовой части, по устройству подземного паркинга. Город остро нуждается в подобных объектах и сегодня как никогда нельзя снижать туристическую привлекательность Северной столицы отсутствием развитой туристической инфраструктуры.