ППРК-Сервис
ППРК-Сервис
Назад в будущее

Назад в будущее

У системы саморегулирования есть время до конца 2015 года, чтобы доказать эффективность работы. Именно столько времени отвел СРО в области проектирования, изысканий и строительства министр строительства РФ Михаил Мень для того, чтобы продемонстрировать способность контролировать строительный рынок и «выстроить нормальный механизм».

В противном случае в этих видах деятельности возможен возврат к лицензированию.

Мнение о том, что институт саморегулирования в строительстве не состоялся и может быть ликвидирован, высказал, выступая на расширенной коллегии Минстроя России в марте этого года вице-премьер Дмитрий Козак.

«По-прежнему не ясно, как расходуются их компенсационные фонды и выдаются допуски СРО. Качество строительства организаций, входящих в СРО, зачастую неудовлетворительное», – заявил вице-премьер. По его словам, для выправления ситуации необходимо принимать радикальные меры, в том числе существенно усилить финансовую ответственность СРО за работу своих членов. Пакет законов по этому поводу сейчас находится либо в разработке, либо проходит Госдуму.

Еще более резко о судьбе института саморегулирования высказался министр строительства Михаил Мень. Он дал системе СРО жизни до конца года, а потом может быть принято решение о возвращении государственного лицензирования, если саморегулируемые организации в течение года не докажут целесообразность этого института.

«Задачи, возложенные на саморегулируемые организации в строительстве, на наш взгляд, решаются недостаточно эффективно… С Национальным объединением строителей и с вице-премьером Дмитрием Николаевичем Козаком мы договаривались о том, что в течение года этот институт либо состоится путем внесения изменений в законодательство, либо нужно будет поднимать вопрос на уровне руководства страны о целесообразности этого института в нашей сфере», – сказал Михаил Мень.

Самое большое число вопросов и претензий по-прежнему вызывает процедура выдачи свидетельств о допуске на стройку.

«Вокруг этого больше всего разговоров и коррупции, – считает глава Минстроя. – Мы двигались в сторону саморегулирования, уходя от государственного влияния на этот процесс, но вот что получилось. Если этими мерами не удастся выстроить нормальный механизм, то, как мы и договаривались, мы будем говорить о возвращении лицензирования в строительной сфере», – подвел итог министр.

Сейчас в системе саморегулирования работают почти 470 СРО изыскателей, проектировщиков и строителей. В них состоит около 300 тыс. компаний. Совокупный компенсационный фонд всех СРО составляет свыше 70 млрд руб­лей.

О том, насколько сегодня вероятен возврат к лицензированию и как он повлияет на отрасль, мы попросили ответить представителей СРО.

 

Председатель совета СРО НПП «Союзпетрострой-Проект», советник генерального директора
ОАО «Мостострой № 6» Сергей
Чижов:

– Саморегулирование является сложившейся системой, в основе которой лежат отработанные правовые механизмы. И вся сфера изысканий, проектирования и строительства встроена в этот правовой механизм.

Как и любая система, саморегулирование должно непрерывно совершенствоваться в целях исключения возможности коммерциализации, формализации, увеличения нагрузки на бизнес. Только тогда, когда система начнет работать в соответствии с теми целями, для которых она и создавалась, мы сможем получить реальный механизм зрелого гражданского общества применительно к отраслевой специфике.

Возврат к лицензированию – это шаг назад, поскольку гражданское общество предполагает механизмы широкого участия профессионального сообщества в регулировании своей деятельности на рынке.

В принципе, само понятие САМОрегулирования уже содержит мощный потенциал развития отрасли, который необходимо развивать.

Председатель совета Партнерства СРО НП «Содружество строителей» Лариса Леонидовна Еремина:

– Когда пять лет назад отрасль саморегулирования только начинала формироваться и мы создавали свое Партнерство, основной нашей целью было объединить партнерские компании, чтобы потом помочь им в ведении бизнеса. Как известно, до 2010 года было государственное лицензирование в строительной сфере, никто не понимал, что такое саморегулирование и зачем оно нужно. Первое время к этому относились как к лицензированию, которое при самостоятельном оформлении отнимало очень много драгоценного времени. Я сама не раз пробовала оформить лицензию самостоятельно, но потом поняла, что проще делать эту процедуру через коммерческую фирму. Это как с получением визы: можно самостоятельно бегать, собирать необходимые справки, отстаивать очередь в консульство, потом снова собирать справки, если что-то заполнено неверно, – а можно оформить визу через специализированную фирму.

Раньше существовало всего два лицензионных центра: один в Санкт-Петербурге, другой в Ленинградской области. Фактически они занимались выдачей лицензий через цепочку различных коммерческих организаций, которые за соответствующую плату правильно оформляли все документы, но разово. Зато больше не надо было вносить никаких членских взносов и взносов в компенсационный фонд. Принцип работы «коммерческих СРО» сегодня примерно такой же. Никого не интересует, что будет дальше с этой организацией, как она будет работать, кто ответит за некачественное выполнение работ.

Однако минус лицензирования, к которому опять предлагает вернуться министр строительства и жилищно-коммунального хозяйства Михаил Мень, – в том, что в этих организациях по выдаче лицензий на строительство сидят юристы, которые работают исключительно в рамках инструкций, норм и правил, но совершенно не разбираются в специфике строительства. Это сплошная бюрократия, там никто ничего не понимает ни в проектировании, ни в строительстве. По кругу заставляют собирать одни и те же справки, которые фактически уже предъявлены, но в другой форме, или предоставлены в смежную организацию. Именно из-за этой бюрократии пять лет назад решили отойти от лицензирования и ввели систему саморегулирования.

Мы сами строители, и сами прекрасно понимаем все подводные камни и течения в нашем бизнесе. В нашем СРО мы сегодня всех знаем, мы понимаем их специфику и стареемся помогать друг другу. Мы реально проверяем наших членов, но всегда готовы пойти навстречу в случае форс-мажорных обстоятельств и индивидуально войти в их положение. Так, в настоящее время из-за непростой экономической ситуации от некоторых наших членов поступали просьбы уменьшить на некоторое время размер членских взносов – так сказать, реструктуризировать их. Мы рассматриваем такие вопросы на совете и принимаем соответствующее решение. СРО – это настоящие профобъединения.

Мы объединяем компании малого и среднего бизнеса, которые на самом деле и являются основой строительного комплекса. Когда только формировалась отрасль саморегулирования, в СРО объединялись крупные застройщики, которые хотели брать компании малого и среднего бизнеса к себе на субподряд. Про создание СРО для малого и среднего бизнеса почти никто не думал. А ведь организации малого и среднего бизнеса тоже нуждаются в поддержке. Именно поэтому сегодня мы стараемся активно отстаивать интересы своих членов, представители СРО входят в различные рабочие группы НОСТРОЙ, выносим свои законодательные отраслевые предложения на рассмотрение общественности.

По моему мнению, за это должно отвечать Министерство строительства и ЖКХ. Поэтому меня радует, что в этом году наконец Минстрой начал заниматься вопросами технического регулирования и даже выделил на эти цели финансирование. Ведь что такое техническое регулирование? Это типовые проекты, нормы и требования по безопасности конструкций. Раньше конструктивные элементы по части безопасности регулировались Госстроем. Если ты их не соблюдал, экспертизу было не пройти. Существовали целые проектные институты, где все просчитывалось и анализировалось, а потом типовые элементы – марши, панели, перекрытия и т. д. – внедрялись в практику. Все это колоссально удешевляет процесс проектирования и дальнейшей реализации проекта, поскольку не тратятся время и деньги каждый раз на одни и те же решения. Экономить можно только за счет типовых конструктивных элементов.

В советские времена был обмен опытом как с российскими, так и с зарубежными специалистами по техническому регулированию. Мы старались взять лучшее из их практики и внедрить в своей работе с учетом нашей специфики. А в начале 2000-х годов все прекратилось. И все начали строить, как у кого получается. Я убеждена, что именно Минстрой должен заниматься техрегулированием в масштабах страны.

Хочу подчеркнуть, что за рубежом параллельно существует и система лицензирования для малых предприятий и система саморегулирования для крупных компаний с дорогостоящими заказами.

Другая проблема отрасли – в низкой квалификации кадров и низком уровне образования. Этим вопросам наше СРО тоже уделяет внимание. Раньше за то, что компания берет молодого специалиста после института на работу, доплачивали. Известно, что любой молодой специалист первые два года убыточен для компании.

Я уверена, что отрасли саморегулирования удалось достичь определенных результатов. Например, наше Партнерство пытается реально помогать членам в получении тендерных заказов и участии в конкурсах. Мы стараемся поддерживать наших членов в правовом поле, отстаиваем их интересы в судах и госорганах. Помогаем им получать кредиты в банках. Пять лет – это еще очень маленький срок, чтобы делать скоропалительные выводы о несостоятельности саморегулирования. Должно пройти не менее 10 лет, тогда можно что-то анализировать. Не надо шарахаться из стороны в сторону, не надо делать резких движений. Думаю, надо дать компаниям возможность выбора. Должно быть параллельно и лицензирование (для работ до 10 млн руб­лей), и саморегулирование (для более дорогостоящих работ). Надо брать пример с передовых западных стран, но искать более удобные ходы для российской действительности. У нас должен быть свой путь, но основанный на самом передовом опыте.

 

Беседовала Славяна Румянцева